«Белые ночи»: Когда сам город говорит со зрителями

На сцене Чехов-центра в рамках VII Фестиваля театров Дальнего Востока Санкт-Петербургский академический драматический театр им. В. Ф. Комиссаржевской показал «Белые ночи». Спектакль, который сразу заявляет о себе как о современном прочтении Достоевского, с обилием режиссёрских приёмов, сложной сценографией и неочевидными трактовками.

По сюжету повести молодой человек, который называет себя Мечтателем, гуляет по Петербургу в белые ночи и встречает девушку Настеньку. Она ждёт своего возлюбленного, который уехал на год и обещал вернуться. Мечтатель помогает ей передать письмо, они проводят вместе несколько ночей, он признаётся ей в любви, и она готова ответить взаимностью. Но в последний момент разыгрывается классическая история о том, как мечта сталкивается с реальностью. Как же расскажет нам этот романтический сюжет постановка?

Первое, что бросается в глаза с первых минут — декорация-трансформер. Два треугольника, которые постоянно перемещаются, превращаются, перестраиваются. И здесь режиссёр Иван Шалаев, он же художник, идёт на интересный шаг: он меняет текст Достоевского. У классика Мечтатель говорит о четырёх стенах, которыми он отгораживается от мира. Но на сцене — два треугольника, а не четыре стены, и поэтому герои произносят фразу о трёх стенах и тут же изображают руками треугольник, получается, что сценография диктует текст и это действительно интересно. Треугольники здесь — пространства Настеньки и Мечтателя, их комнаты, их миры, которые то сближаются, то расходятся, подобно силуэтам разводных мостов. Визуальный язык продуман до мелочей, вплоть до того, что говорят герои.

Центральный образ спектакля — лампочка, которая висит на авансцене и периодически загорается или гаснет. Она зажигается в те моменты, когда речь идёт о любви главной героини, то к Мечтателю, то к бывшему возлюбленному Настеньки. Лампочка становится символом чувства, которое то вспыхивает, то угасает, и зритель вместе с героями ждёт, когда она загорится в следующий раз.

Но самый интересный режиссёрский ход — это Мечтатель, вернее, его текст. Часть монологов режиссёр отдал персонажу, названному в программке Стариком (Анатолий Журавин). Я трактую его как голос самого Санкт-Петербурга. Он говорит о домах, о перекраске фасадов, о любви к городу, и в этих речах слышна не ностальгия, а живая боль. Его фраза о том, что дом жалуется, когда его красят в жёлтый — это не просто забавная деталь, а ключ к пониманию всей постановки. Город здесь — действующее лицо, которое чувствует, страдает и говорит голосом пожилого человека.

Сам Мечтатель (Василий Гетманов) получился невероятно нежным, лёгким, почти прозрачным. Он вызывает симпатию и одновременно лёгкую жалость — он не приспособлен к жизни, он существует в мире своих фантазий, и это делает его уязвимым. Настенька (Ангелина Столярова) — совсем другая. Она цинична, иронична, нервна. Она не Ассоль, которая ждёт своего Грея, она девушка, которую предательство сделало жёстче. Она откровенно френдзонит Мечтателя, не стесняясь этого, иронизирует над собой и над ним, эмоции её рваные, она заламывает руки, она — живой нерв.

Очень показательно, что возлюбленного Настеньки режиссёр вообще не выводит на сцену. Его заменяют проекции и голос, похожий на оперное пение. Он для неё прекрасен, свят и недостижим… икона, а не человек. И в финале, когда у Достоевского Настенька уходит с ним, здесь она просто убегает в зрительный зал под триумфальное сияние своей лампочки. Это принципиально другой финал: она не выбирает человека, она выбирает свой идеализированный образ, свою мечту. И убегает от реальности.

Интересна и трактовка Бабушки (заслуженная артистка России Ольга Белявская). В первой сцене она появляется в белом гриме и жутковатых перчатках с длиннющими пальцами, как потустороннее создание. Но ближе к финалу, в сцене со Стариком, она становится тёплой. Её отношения с Петербургом оказываются нежнее, чем с собственной внучкой, и это неожиданно трогает.

В спектакле много красивых режиссёрских находок. Платье-трансформер Настеньки, которое она то удлиняет, то укорачивает с помощью завязок, заигрывая с Мечтателем. Белый платок, который летает по сцене, воплощая любовные послания. Всё это работает на атмосферу, создаёт визуальный ряд, который запоминается.

И всё же, как спектакль может быть одновременно таким разнообразным, таким богатым на приёмы и одновременно таким убаюкивающим? Где-то в середине темпоритм проваливается, действие становится вязким, и даже яркие режиссёрские решения не спасают от чувства, что спектакль теряет энергию. Это странное ощущение: ты видишь прекрасные актёрские работы, интересные находки, но внутри что-то не включается до конца.

Тем не менее, Театр им. В. Ф. Комиссаржевской привёз на фестиваль крепкую попытку поговорить с Достоевским на современном языке. И пусть не всё сработало ровно, сам этот разговор вышел смелым, честным и визуально прекрасным.

Фестиваль проводится при поддержке Министерства культуры Российской Федерации и Правительства Сахалинской области в рамках федеральной Программы развития театрального искусства на Дальнем Востоке. Руководитель программы – народный артист РФ, художественный руководитель Театра Наций Евгений Миронов.

---

Назад